Мысли о российских юристах

Мысли о российских юристах

Высказывания и мысли А.И. Муранова

Идея установления квалификационных требований к лицам, оказывающим юридические услуги профессионально, действительно совершенно точно противоречит одной из российских традиций. Традиции правового нигилизма.

Нормально ли то, что вопросы оказания услуг по лечению животных или услуг автостоянок регулируются в необходимой мере (хотя бы и отдельными постановлениями Правительства России), а оказание юридических услуг регламентируется строго избирательно (пусть даже и на уровне федерального закона, как, например, в отдельном случае с адвокатами). Неужели лечение животных в России важнее оказания юридической помощи реальным людям?

На то и введение и соблюдение квалификационных требований, чтобы разобраться, «кто is who».

Полагать, что деятельность по оказанию юридических услуг не столь важна, чтобы устанавливать какие-либо квалификационные требования — значит недопустимо снисходительным и пренебрежительным образом относиться к такой деятельности и к самому праву.

Если ЕС и США очень хорошо понимают, что выгоднее импортировать энергоресурсы, а экспортировать юридические услуги (и расплачиваться за энергоресурсы выручкой от оказания таких услуг), нежели наоборот, то российские власти, к сожалению, это пока не осознают.

Утверждение о том, что установление квалификационных требований для юристов, оказывающих юридические услуги, является ущемлением их конституционных прав, равнозначно заявлению о том, что требование к водителям автотранспорта иметь соответствующие разрешительные документы ущемляет конституционные права и свободы как их самих, так и третьих лиц.

Невозможно представить себе ситуацию, в которой власти Великобритании или США допустили бы доминирование в Лондоне или в Нью-Йорке иностранных юридических фирм (пусть не российских, а французских или немецких). Российские же власти такое позволяют.

Утверждение о том, что качество юридической помощи никак нельзя связывать с получением статуса адвоката и членством в адвокатском сообществе и что можно подумать, что как только юристы дружно сдадут соответствующий экзамен и получат статус адвоката, они сразу, как по взмаху волшебной палочки, начнут оказывать квалифицированную юридическую помощь, равнозначно заявлению о том, что само по себе мнение лица о том, что оно умеет водить автомобиль, должно освобождать это лицо от сдачи экзаменов на право управления таким автомобилем или, более того, что сдача данного экзамена должна немедленно превращать такое лицо в чемпиона «Формулы-1».

Говорить о монополии квалифицированных специалистов на оказание юридических услуг точно так же необоснованно, как говорить о существовании в России монополии врачей на оказание медицинских услуг либо монополии лиц с разрешениями на управление автомобилями.

США уделяют огромное внимание развитию своей национальной сферы оказания юридических услуг. Вероятно, российские власти считают, что следует быть последовательными и придерживаться политики, противоположной подходам США, также применительно и к своей национальной сфере оказания юридических услуг.

Егору Гайдару приписывают следующее высказывание: «Рынок без этики — это кошмар». К сфере юридических услуг оно применимо вдвойне. Если экономисты понимают этот принцип, то многие юристы никак, к сожалению, не уяснят, что нельзя называться профессионалом и отказываться подчиняться квалификационным требованиям и правилам этики: это просто несерьезно и безответственно.

Важно понимать, что проблема оказания бесплатной юридической помощи будет в России становиться все более острой, если исходить из того, что курс на построение в России правового государства остается неизменным. В самом деле, чем больше законов, тем сложнее в них разобраться простому человеку. В этих условиях уменьшить остроту указанной проблемы можно исключительно за счет установления в российском праве квалификационных требований к лицам, оказывающим юридические услуги профессионально. Это как расширит круг субъектов оказания такой помощи, так и повысит ее качество.

Те, кто, образно говоря, без правил перебегают наудачу «юридическую дорогу» в опасном месте, еще и рискуют потерять массу сил и времени на то, чтобы добиться привлечения к ответственности лицо, помогавшее им своими неквалифицированными услугами сделать это.

Негативное отношение к установлению квалификационных требований к лицам, оказывающим юридические услуги профессионально, равнозначно нежеланию решать проблему получения и оказания бесплатной юридической помощи, т.е. отрицанию построения в России социального государства или, иными словами, к отрицанию Конституции России, провозглашающей Россию таким государством.

Некоторые критики законопроекта об установлении квалификационных требований к лицам, оказывающим юридические услуги профессионально, в кулуарах называли его «ублюдочным» на том основании, что в нем всего лишь несколько статей (не более семи). Вероятно, они вынашивают идею принятия Свода законов об оказании квалифицированной юридической помощи, в свете которой все прочие инициативы выглядят мелко и недостойно. Руководствуясь подобной не имеющей ничего общего с логикой позицией, «ублюдочными» можно назвать и Закон г. Москвы от 4 октября 2006 г. № 49 «Об оказании адвокатами бесплатной юридической помощи гражданам Российской Федерации в городе Москве», и Закон Московской области от 10 марта 2006 г. № 34/2006-ОЗ «Об оказании отдельным категориям граждан Российской Федерации на территории Московской области юридической помощи бесплатно», в которых имеется всего по шесть статей.
Остается призвать таких критиков объявить во всеуслышание «сверхублюдочным» Федеральный закон от 18 июля 2006 г. № 117-ФЗ «Об экспорте газа», который состоит всего из трех статей. Однако нет никаких сомнений в том, что сделать это они побоятся.

Если сравнить законопроект об установлении квалификационных требований к лицам, оказывающим юридические услуги профессионально, с иными альтернативами, то нетрудно понять, что даже если считать его в каком-то смысле для кого-то злом, то в любом случае он меньшее из прочих зол, угрожающих российскому обществу, экономике и государству (прежде всего зла апатии по отношению к сфере оказания юридических услуг).

Парадоксально, что правовые гарантии получения квалифицированной медицинской помощи в России на практике давно уже реально существуют и действуют, хотя в Конституции России соответствующего положения нет (в ее ст. 41 говорится просто о медицинской помощи). С юридической помощью (юридическими услугами) ситуация обстоит с точностью наоборот.

Те юристы, которые отвергают саму идею подчинения квалификационным требованиям всех лиц, оказывающих платные юридические услуги, тем самым обрекают себя на роль «паралигалов» в международном разделении труда.

Высказывания и мысли А.В. Хвощинского

Борцы против введения квалификационных требований в отношении юристов, профессионально оказывающих юридические услуги, апеллирующие якобы к защите прав граждан, уподобляются апологетам сохранения права этих граждан переходить дорогу в опасном месте: «Ведь можно перебежать на удачу, так зачем же этого права лишаться?».

Если сегодняшнее российское юридическое сообщество не захочет постоять за свои экономические интересы, то как же его представители собираются убедительно и эффективно помогать своим доверителям в защите интересов последних? Если они не в состоянии экономически обеспечить себя, то их удел — зависимость от несостоятельности их клиентов и произвола чиновников. Ведь не случайно именно на это жалуются юристы: клиенты не готовы платить высокие гонорары за качественные услуги, и оплата юриста ставится в зависимость от действий публичных органов. Получается, что сами юристы не только не в силах, но даже и не желают изменить эту ситуацию. Неужели удел ловких стряпчих приятней, чем удел высококлассных специалистов, работа которых в глазах потребителей имеет осознанную ценность?

Высказывания и мысли Д.Л. Давыденко

Юрист, который заявляет о своей способности оказывать квалифицированные юридические услуги, а сам при этом противится тому, чтобы на него распространялись стандарты их оказания, красноречиво демонстрирует, что его заверения немногого стоят.

Российские юристы делятся на две категории: одни гарантируют всем качество своих услуг, но не могут гарантировать Вам положительный исход судебного дела, другие обещают обеспечить Вам положительный исход любого дела, но никому не гарантируют качества своих услуг.

Оказывающее услуги лицо, который избегает подчинения профессиональным стандартам, подобно иллюзионисту, который боится, что его трюк разоблачат.

Не желающий ни перед кем быть подконтрольным российский юрист обычно готов ответить на любой вопрос, но только не готов ответить за свои действия.

Российского юриста не пробуйте понять,
Аршином общим не пытайтесь мерить:
Чтобы его услуги получать,
Ему на слово нужно верить!

В сфере оказания юридических услуг, как в буддизме, есть сложный и простой пути. Сложный путь: пройдите специальное многолетнее обучение, сдайте выпускные и квалификационные экзамены, получите достаточный опыт работы в области права, сохраните незапятнанной репутацию, соблюдайте кодекс профессиональной этики, повышайте свою квалификацию, воздерживайтесь от занятия иной профессиональной деятельностью…
Простой путь: живите и работайте в России!

Почему в России государство принимает меры к регулированию лечения животных, но проявляет безразличие к сфере юридических услуг? Оно не боится «укусов» юристов.

Государственные деятели, которые заявляют о своей приверженности построению правового государства, а сами пренебрегают сферой юридических услуг, наглядно демонстрируют, что их заверения немногого стоят.

Бойкий горластый юрист, продающий правовые услуги, становится, когда речь заходит о его подчинении квалификационным стандартам, стеснительным либо начинает еще громче кричать о попрании его субъективных прав.

Когда в России государство озаботится защитой собственных юристов? Когда почувствует себя беззащитным перед чужеземными юристами.

Почему российские юристы так боятся становиться адвокатами? Может быть, профессиональная этика и юридические услуги (в том виде, как они сложились в России), как гений и злодейство, две вещи несовместные?

Юрист, который заверяет о своей способности оказывать качественные юридические услуги, а сам при этом противится тому, чтобы на него распространялись стандарты их оказания, подобен простодушному ребенку, который невольно выдает всем свою проделку.

Государство, которое не хочет помогать своим юристам, кормит своими ресурсами чужих юристов и чужие страны.

Почему в России государство принимает меры к регулированию лечения животных, но проявляет безразличие к сфере оказания юридических услуг? Оно убеждено, что юристы умнее животных и сами о себе позаботятся.

Говорят, художник, чтобы творить, должен быть голодным. В России, видимо, государство исходит из того, что лучшая поддержка творчества российских юристов — это позволить им выживать в международной конкуренции так, как сумеют.

Когда в России государство озаботится защитой собственных юристов? Когда юристы найдут способ добычи новой энергии для дальнейшего продвижения «энергетической дипломатии».

Государство, которое не хочет поддерживать свою «армию» юристов, будет кормить чужую армию, причем не только юристов.

Что общего и какая разница между российским и западным юристом? Оба они гордятся своим статусом и не променяют его на другой, но только западный юрист гордится тем, что принадлежит к профессиональному сообществу и имеет подтверждения своей квалификации, а российский юрист гордится тем, что держится особняком и ни за что не отвечает.

Широка натура российского юриста! Он убежден, что уж он-то не впишется ни в международные, ни в любые иные стандарты.

Государство, которое не хочет помогать собственным юристам, следует считать имеющим склонность к мазохизму.

Почему российский юрист осторожно взвешивает каждый свой шаг? Боится, что ненароком вступит в адвокаты.

Предложение всем желающим оказывать юридические услуги вступать в адвокатуру почему-то воспринимается ими как призыв к их принудительному лечению!

Для многих юристов самое большое коварство адвокатов состоит не в том, что они сами пользуются привилегиями своего статуса и подчиняются правилам профессиональной этики, а в том, что они стремятся распространить это и на других.

За какое право человека больше всего борются в России? За право человека выбрать себе в качестве юриста любое неквалифицированное лицо.

Принцип действующего регулирования сферы юридических услуг в России: нельзя допустить, чтобы юридические услуги могли оказывать только те, кто доказал свою способность их оказывать!

Создается впечатление, что в России праву человека на квалифицированную юридическую помощь корреспондирует обязанность государства создать жесткие условия для тех, кто квалифицирован ее оказывать.

Раньше самым страшным для юриста было попасть в сталинские лагеря, а теперь — в адвокатуру.

Что можно сказать о роли права и порядка в России, если даже сами юристы в большинстве своем предпочитают действовать вне правового контроля?

Юристы, которые заявляют, что правовым стандартам не следует подчиняться, подрубают тот самый экономический сук, на котором сидят.